Энтерос
Человек всегда лишь эпигон героев собственных фантазий. (с)

Актив месяца!
https://i.imgur.com/uI7rpST.png

Обновлены активные и кристаллы за голоса в Топ'ах начислены.

https://i.imgur.com/s1x7sUp.png

Голосование за лучшие посты месяца «Август – Сентябрь»
З А В Е Р Ш Е Н О


I место (9 баллов): Пост №12, авторство: Айне
II место (8 баллов): Пост №9, авторство: Габриэль
III место (6 баллов): Пост №4, авторство: Инфирмукс

I МЕСТО

Но никто не пришел. Айне казалось, что она целую вечность вглядывается в горизонт. Ни титанических, скованных огнем и камнем мегаструмов, ни одинокой фигуры мальчишки. Только радиоактивное солнце утопает в набивших оскомину лиловых небесах. Она убеждала себя, что еще пара секунд – ничто для ее затянувшейся на тысячелетия жизни – и Инфирмукс вернется. Но надежда недолговечна, особенно для того, кто никогда ей не жил. Нет, Айне предпочитала отчаянье, мрачную решимость, действие вопреки, но никак не ожидания и веру. Слыша разговоры за спиной и видя, как меняется настрой ее людей, она чувствовала, что поступает неправильно.
«Что мне делать, Сату?» – климбат полагала, что никогда больше не произнесет этого. Фраза из того времени, когда она была потерянным и ненавидящим все столпы мира молодым климбатом. Когда видела в скорбилусе уже не монстра, уничтожившее все, что было дорого девочке, но мудрую наставницу. «Бескостный вопрос. Ты уже приняла решение», – безэмоционально отозвалась трансдент, но Айне не стала ругать ее за недостаточное почтение к чувствам.
Прости, Иешуа, – тихо проговорила девочка. Смерть на Климбахе вещь привычная, как бы Демону не хотелось верить в обратное. Она повернулась, внимательно оглядывая наспех собранный лагерь. Жалкая горстка климбатов, не армия, скорее побитая жизнью банда. И все они с чего-то решили умереть за нее. Почему?
Мы выступаем, – четко произнесла Айне то, что все давно хотели услышать. – Знаю, правитель из меня никудышный. Жаль только, Азмадан скорее сожрет кишки каждого из вас без соли и, чем станет достойной альтернативой. Я собираюсь вызвать его на честный поединок. Но подыхать вместе со мной или нет – личное дело каждого.
С чего ты взяла, что мы идем подыхать ради тебя, Демон? – прокричал один из климбатов, одетых в форму тайной полиции, быстрее, чем Везевир успел обратить на него внимание. Айне улыбнулась. Впервые после того, как попрощалась с Темным Эфиром.
Верно. Если и подыхать, то только ради девятой зоны. Мы будем драться за Шантитус, за каждый миллиметр выжженной радиацией земли. За каждый уровень Иштарана, каждую улицу и каждую захудалую халупу. И даже если мне суждено проиграть, я буду знать, что мне довелось сражаться бок обок с самыми безумных климатами, каких только видел Энтерос! Теми, что плевать хотели на Азмадана и пророчества!
Демон не могла представить, что ее короткая речь произведет такой эффект, но собравшиеся здесь и сейчас горячо поддержали ее. Чуть меньше сотни глоток выкрикивали лозунги, прервав тишину, успевшую опротиветь за время долгого ожидания. Девочка не верила собственным глазам, ведь согласно всем прочитанным ей политическим трактатам, у нее не было и шанса воодушевить даже последнего глупца. Было ли дело в долгом ожидании или в том, что Айне инстинктивно удалось ухватиться за то, что действительно было важно для собравшихся здесь – не правительница и незнакомая многим честь, а собственный дом, вновь обретенный после долгих скитаний? Не имеет значения, ведь сегодня Демон пойдет в бой не одна. Ради клятвы, ради собственной зоны, ради Инфирмукса, наконец, она не позволит Азмадану дышать отравленным воздухом мира, ставшего для столь многих родным.
Немногочисленные сторонники правительницы девятой зоны отбыли на часть раньше, чем вдалеке показались силуэты мегаструмов.
http://s3.uploads.ru/ijb3c.jpg
«Слишком поздно, Иешуа», – с нотками грусти ответила Айне. Она стояла на расстоянии меньше полуметра от Инфирмукса, появившись всего секунду назад, аккурат к тому моменту, когда он отправил мысленное послание, а дверь за спиной новоявленного правителя была аннигилирована на молекулы.
Но девочка явилась не одна, прихватив с собой всю свою потрепанную долгим путешествием сквозь кишащие тварями катакомбы свиту. Красноволосый даденгер сжимал массивный двуручный меч и, похоже, пытался испепелить Азмадана взглядом, миниатюрная ламия придерживала увитый резьбой и шестернями мушкет, простой деревянный посох светловолосого трансдента угрожающе переливался магическим сиянием, а со вскинутых ладоней планетарного духа вот-вот сорвется пара-тройка могущественных печатей. По скромному мнению Айне, с такими союзниками не стыдно и умереть.
К несчастью, Азмадан тоже прихватил компанию. Один неясный жест климбата, и его сторонники заполонили площадь один за другим. Люди диамантового круга, в том числе старый знакомый Азария, обзаведшийся парой шрамов, длинноволосый дракон, чей наряд стал богаче прежнего, но неудачных кукол-клонов при нем не было, и многие другие, смотрящие на Эфира и Демона с презрением и ненавистью.
Так ты и есть Азмадан? Ведешь себя как правитель, но даже не удосужился победить меня в бою. Хочешь исправить это недоразумение? – произнесла девочка, ударяя лезвием одного кривого клинка об лезвие другого.
А мне с того какая выгода? Твоя крепость захвачена, твои люди признали во мне правителя. Даже если я сумею взять вверх, разве твой драгоценный друг не прикажет своим прекраснейшим творениям разорвать меня на куски? Хорошая гарантия справедливого поединка, ничего не добавишь, – усмехнулся Азмадан, беззастенчиво рассматривая Айне, так, будто пытался прочитать ее мысли. – Так вот они какие, женщины, ради которых мужчины идут на смерть. Если дорожишь своим самцом хоть на десятую часть так же, как он дорожит тобой, уходи. И забери с собой ту кучку оборванцев, что по какой-то невероятной причине сочла достойными противниками для моих спутников. Взгляни на Иешуа: еще немного, и его разорвет та сила, которую он неспособен сдержать. Будешь и дальше выкрикивать обвинения, пока он умирает?
«Что есть абсолютная смерть? Не смерть тела. Смерть духа. Дети мертвого мира погибают прямо сейчас и ни один из вас не способен это изменить», – произнес голос собрата Эреба и Сату, который только они одни могли услышать. Скорбилус Азмадана был почти столь же разговорчив, как и он сам. «Закрой гниющую-разлагающуюся пасть, мегаструмово отродье. Айне, не слушай изменяющего-сращивающего!.. Скользкий-находчивый Эреб, сейчас же свяжись с Огоньком! Не могу подчинить тело! Нужно спасаться-бежать», – крики трансдента утонули в хохоте древнейшего модэста. «Глупая маленькая Сату. Ты, я и он связаны куда прочнее, нежели вы с девчонкой-смертницей. Какая чудная удача – вы оба произошли от моего семени, а потому неспособны бороться с возведенной праотцом преградой. Смотрите, наблюдайте за тем, как разлагается разум носителей. Пока еще можете наблюдать».
Слова Азмадана попали точно в цель. «Потерпи, пожалуйста, потерпи. Еще немного и все закончится», – Демон не могла не видеть, в каком состоянии находится Инфирмукс, но стоит ей только сделать шаг вперед, и улицы города вновь зальет кровь, как три дня назад. Азмадан стоял между двумя правителями, разделяя их и не оставляя никакой возможности поделиться с контролирующим мегаструмов климбатом частью своей энергии. Нужно было сосредоточится на разговоре или хотя бы приготовиться защищаться… Но все ее мысли были заняты Темным Эфиром, успевшим за этот долгий день «умереть» и вновь «воскреснуть». Айне молчала, не шевелившись нашептывая мальчишке банальности, в которые сама до конца не верила. В глобальной игре настал тот самый момент, когда любое действие приведет к проигрышу в той или иной мере. А время и не думало остановить свой ход.
Неожиданно пространство вокруг зарябило, как вода во время дождя, налилось тусклым пунцово-фиолетовым сиянием. Ментальная связь двух климбатов, казавшаяся нерушимым преимуществом, вдруг обратилась в слабость, которой Азмадан поспешил воспользоваться. Он не потратил ни мгновения зря, и единственным способом прервать ритуал было мгновенное нападение. Вот только Инфирмукс и Айне не слышали ни отчаянных криков Сату, ни настойчивых советов Эреба: скорбилус распечатанного правителя воспользовался их «родством» и заблокировал связь, оставив лишь отголоски эмоции. Но Эфир был слишком занят контролем мегаструмов, а Демон лихорадочными размышлениями о том, как разрешить ситуацию. Неясным ощущениям никто не внял.
Тела Айне и Инфирмукса повалились на землю в одну секунду. Азмадан оскалился и, кажется, собирался отдать некий приказ, но вдруг на его изрисованном лице отразилось удивление и даже страх. Клятва, цепью сковавшая правителей, задела и его, насильно затягивая в ту же ментальную бездну, что амбициозный климбат подготовил для попытавшихся остановить его собратьев. Все те, кто был на площади, окончательно осознают происходящее только мгновение спустя, а пока…
http://forumfiles.ru/files/0015/14/a0/30822.png
… где-то в иллюзорном мире, собранном из воспоминаний всех трех обитателей Климбаха, проснулась девочка, не имевшая прошлого, только имя. И она была не одинока.

II МЕСТО

Дарлай как раз закончил сбор данных и приступил к их обработке, когда в помещении лаборатории вспыхнул синий свет (наиболее приятный для инсектов) и мертвый женский голос произнес:
- Внимание. Перегрузка системы. Разбалансировка ментальной проекции одного из контактеров в третьей сфере. Угроза выгорания. Угроза потери контроля над стабилизирующим полем.  Угроза потери разумности в горизонте разворачивающегося парадокса, связанного с восстановлением причинно-следственных связей. Угроза  потери базы данных. Угроза потери задействованных в эксперименте подопытных. Рекомендации: немедленно  вывести подопытных из ментальной проекции, при необходимости активировать шоковое пробуждение. Повторяю:.. -  И сообщение прокрутилось заново. Дар всмотрелся в побежавшую по сфере информацию, не  обращая внимания на тусклый, не отрывающийся от него взгляд девчонки, наблюдающей за ним изнутри, озабоченно глянул на неподвижного Габриэля, на Деладора, осевшего рядом с хирургическим столом, на котором громоздилась туша арахны. Затем его взгляд снова остановился на мигающих данных, из которых следовало, что причиной перегрузки в системе был князь, точнее, его реакция на что-то произошедшее. Инсект нахмурился, пытаясь понять, что пошло не так, но времени разобраться не было, потому Дар пробежался пальцами по контактам, проецируя свой голос таким образом, чтобы все заинтересованные его услышали:
- Господа, в связи с инициацией парадокса доступы в реальную сферу утерян, и я вынужден вывести вас принудительно. На выходе может иметь место головокружение, тошнота, временная дезориентация в пространстве. Восстановление всех физиологических параметров через пять минут после выхода. Начинаю обратный отсчет.
- Пять
- Четыре
- Три

http://forumfiles.ru/files/0015/14/a0/30822.png
Голос Деладора, так не похожий на привычный, сорванный ли в страсти, холодный и отчужденный на совещаниях – резанул по нервам, напряг, заставил мобилизоваться. Создавалось внутреннее ощущение угрозы, на которую тут же отреагировала окружающая действительность, вспыхнув и осыпавшись алыми искрами,  стирая и пески, и обломки, вместе с ними  и странные будоражащие образы. Даже кусок горизонта обвалился, открывая черное, подсвеченное синим, ничто.
Князь удивленно передернул плечами, отметив про себя происходящее,  и снова повернулся к возлюбленному, про себя удивляясь его реакции:
- Под насилием я имел ввиду именно насилие, Дел. Мне пришлось выдрать сердце у антропоморфной формы и, проломив хитин на брюхе паучихи, окунуть его в сердце арахны. Должен констатировать, слияние после предпринятых действий  пошло гораздо быстрее, полнее, даже, я бы сказал, полноценнее, тем более девица и испугаться, как следует не успела, что, согласись, огромный плюс. По крайней  мере, уродств мы не наблюдаем, а они были бы неизбежны при перекосе сознания от панического ужаса. Что касается всего остального.. – Гетерохромные глаза смотрели чуть с хитринкой. – А дядя.. Дядя был затейник, тут не поспоришь.
Князь осмотрел свое фиолетовое одеяние, поморщился, щелкнул пальцами, и когда облачение поменяло цвет на белое с золотом поморщился еще раз. Странное неприятие родовых цветов его и раньше слегка удивляло, но сейчас почему-то они раздражали даже больше, чем фиолетовые цвета Объединения пути. Стоило все-таки заняться делом, к которому переодевания не имели никакого отношения, но тут заговорил Деладор, и его вопрос пошатнул Габриэля в буквальном смысле. Удержав равновесие, он скрестил  руки на груди, чуть склонив голову к плечу, как любил когда-то давно, и пытался оценить вопрос без эмоций, оценить, отсечь то, что вызывало внутренний протест, царапало неправильностью,  ему не нравился вдруг изменившийся голос, а главное,  тон Деладора. Глаза утратили хитрецу, в них сначала скользнуло недоумение, а после и раздражение, от которого обвалился  еще один кусок горизонта, а в лицо сыпануло синим песком.
- Тебе самому не кажется странной постановка вопроса? Я информирую тебя о собственных ощущениях, которые, собственно, благодаря нашей  общей паутине, ты и сам улавливаешь. Я проговариваю вслух для более полной  концентрации, тем более, мне интересно, отчего образы именно такие, несущие совершенно определенный и явно насильственных характер. И вот что меня  теперь действительно интересует, так это твоя реакция. Сам не находишь ее несколько странной? – Голос беловолосого слегка остыл. -  Разве я предъявлял тебе какие-то претензии? Что касается последнего вопроса, если я правильно понял, он для тебя самый важный, то ничего сказать не могу. Я не рассматриваю бред в качестве возможных обстоятельств до тех пор, пока не получу четкого его обоснования. Оно имеется? Нет. Следовательно, - Его прервал грохот обвала, дорожка посыпалась в ничто, разрастающееся и поглощающее уровень, на котором оставались два инсекта с химерой, и послышался негромкий голос Дарлая, звучащий словно из ниоткуда.
Габриэль переглянулся с Деладором, подошел к нему вплотную, протянул руку, переплел пальцы:
- Нет смысла придумывать кошмары, Дел.
http://forumfiles.ru/files/0015/14/a0/30822.png
- Два.
- Один.
- Вывожу.

Дар аккуратно нажал на черную кнопку.

III МЕСТО

[AVA]s9.uploads.ru/Vzr0o.png[/AVA]Отрезвляюще. Инфирмукс вдруг осознал, насколько его собственный разум лабилен и насколько собственная личность подвержена чужому воздействию, если речь едет о чьих-то жизнях. Уж неизвестно, воздействие ли Айне на его менталитет или просто общечеловеческие ценности стихийно взыграли, но когда Баст говорила… говорила о происходящем, то климбат испытывал странное давление. Неприятие, омерзение. Даже сделал шаг назад, не из-за страха – нет, из-за острого чувства безысходности. Он не недооценивал врага, эта тварь слишком сильна и ее слова о цене собственной жизни правдивы, если сожранный ею кристалл будет работать и дальше, то она устроит кровавую баню… да и, сумев переписать некие непоколебимые константы мира, чудовище с привлекательным ликом явно не настолько глупо, как хочется надеется. Как он желает… жаждет. [float=right]http://s8.uploads.ru/AMq9J.png[/float]Она не будет тупоголовой овцой, она не пойдет на убой смиренно склонив голову и позволив себя проиграть, иначе… Инфирмцукс будет очень разочарован, ведь она сумела, пусть по своему, но доказать и деосу и всем им чего стоит. И чтобы не задумала Эвелейн, карт которой климбат не знал, девушка очень рискует. В ситуации, когда враг может превратить его самого в фарш, Безумная дримма рискует даже не увидеть, как ее лишат головы. Однако… Инфирмуксу было по большей мере плевать на чужие планы, каждый сам в ответе за свои поступки, как бы выигрышны или провальны они не были, у каждого своя голова на плечах. Он как никто другой знал цену покосившемуся рассудку, знал, что такое жить в беспамятстве, знал, что собственный разум способен быть главным врагом. Не Баст с ее прихлебателями, не внешний мир, ненавидящий климбатов и весь проклятый Климбах, не очередной встреченный монстр или безумная девица. Нет. Главный враг внутри каждого из нас – это психика. Внутренние механизмы, видение мира, и в данной ситуации, то, что видел Инфирмукс, мог не видеть Нирон, а то, что видела Эвелейн, мог не видеть Инфирмукс. А Баст? Что видит Баст? Горстку безумцев, часть из которых собралась рвать ей глотку, а один из них, далеко не самый мощный, предлагает союз со смешными условиями или реальную угрозу жизни, в которой предложение даже полумертвого Абдулы будет спасительной соломинкой? Сколько ловушек и заначек «на всякий случай» у этой твари сокрыто? Сколько тайных механизмов, которые способна активировать та же Эвелейн или Калеб? Ноль? Одна? Две? Или не сосчитать?
Мальчишка оцепенел, обдумывая дальнейшие действия и смотря на алый рот хранителя свитков и понимая, что ему сейчас нужен какой-то толчок. На кону жизнь Энтропиуса и Рэсс? Что если все так и есть? Что если…
Именно звонкий и громкий голос Нирона стал отрезвляющим механизмом, этот голос ударил его не хуже раскаленной биты. Все верно. Главное правило – не торговаться с террористами, надо уже приходить в себя и срывать тормоза. Позволить чувствам затопить рассудок и полностью себя подчинить…http://s5.uploads.ru/ZmLTj.pnghttp://forumfiles.ru/files/0015/14/a0/80123.png…многие погибнут, а кто не погибнет, останется калеками. Решайте!!! – климбат осклабился, ожидая, когда Нирон начнет свои действия, а после ответил, – Не преувеличивай, может, у тебя и были причины злиться на весь мир, но ты упустила единственный шанс, что мог бы избавить тебя от бед! И с чего ты решила, что мне есть дело до здравия остальных? Впрочем, ты безумная тварь и чтобы убить тебя достаточно одного меня, – вот здесь климбат не то чтобы блефовал, но он не мог знать точно, во-первых, он сам не всесилен и уже порядком измотался, схлестнись он с Баст после продолжительного отдыха – другое дело, а так… но и она берет свою силу от кристалла, она была вынуждена нести разрушение, защищать себя и творить, выкачивая резервы до остатка.
Не знаю как ты, но если предлагаешь мне выбор, сдохнуть самому, но при этом уничтожить тебя, я согласен! Хотя, никогда не мечтал пасть от руки подстилки бога хаоса, так что не надейся, что прикончишь меня с легкостью!
Позволить ярости потопить себя в раскаленном огне безумия, сказанное не больше очередной маски, притом эту маску предстоит доказать делом. Все внутри сжимается в неповторимый огненный шар. Кажется, он смеется и что-то передает вокруг себя, не телепатический сигнал, а послание вроде «Баст – моя», если дураков нет, поймут, что рисковать понапрасну не стоит, здесь есть, кому издохнуть. Он первый в очереди к костлявой. Сам так решил. Только беловолосого мальчишку чуточку жалко, совсем еще ребенок, по любому полезет на рожон и рискует развесить свои кишки красивенькой гирляндой по многочисленным пальцам позолоченных мраморных дев.
[float=right]http://s8.uploads.ru/m2jBo.gif[/float]Пламя не будет вечным, оно иссякнет рано или поздно… последний вдох и выброс силы на финальный берсерк (+3). Боль… вновь испепеляющая клетки боль, будоражащая и заставляющая нейроны головного мозга работать быстрее, чем движутся, меняются события окружающего пространства, но ведь Баст сумеет не хуже и, вероятно, быстрее.
Поверхность кожи раскалилась до невероятных пределов за считанные мгновения, на руках, щеках, торсе и ногах проступают что-то вроде «вулканических узоров», поэтому физический удар не только способен переломить некоторым не шибко мощным  тварям хребет, но и сжигает его в энергетическом пламени дотла. Рога также сменили свою форму, выгнувшись назад и волна «шумов», усиливающих его невосприимчивость к магии дала о себе знать. Достаточно ли всего произошедшего? Он понимал – нет, все это не способно обеспечить его победой. Где же ты, бог удачи, когда так нужен?
Была ли Эстус? Была, в момент ее активации климбат бросился вперед, рассчитывая, что гигантская мощная волна раскаленной энергии разрушит своим появлением щиты твари, уже не раз заставившей его прощаться с рассудком.
Дикий, неудержимый и неживой танец мальчишеского тела в снопе горячих искр. Он налетает наотмашь направляя удар пяткой в челюсть хранителя, ощущая свист воздуха на сверх-скорости, и ощущение гравитационного сжатия, удары магических вспышек под телом. В следующем ударе коса раскаляется добела под действием руны Ȭ  и распадается на составные части. Лезвия крепятся к рукам и ногам, череп распадается на осколки и защищает часть головы, позвоночный столб косы «впаивается» в позвоночник Инфирмукса сверху. И все это практически на лету.
В голове пульсирует лишь одна мысль – он хочет, чтобы эта тварь сдохла. Он жаждет распотрошить ее, вскрыть ей брюшину, разломать хребет на острых осколки. Забить ее до смерти в жестоком ближнем бою. Некрасивом бою, омерзительном бою. Бою, когда атакующий, действительно, бьет с жаждой… с потребностью уничтожить. Бьет, стремясь проломить податливое тело, ощутить на кулаке, босой ноге или где повезет солоноватую густую жидкость, почувствовать как собственное тело входит в глубь, как слух улавливает едва различимое «хлюп» и «шмяк». Он жаждет… жаждет настолько, что сводит челюсти, а скорость и удары возрастают. Инфирмукс верткий малый, движется бешеным хищником вокруг, вытанцовывая движения смерти, однако чем дольше будет тянуться бой, если он, конечно, не плод воображения «поехавшего» разума, тем больше климбат теряет самоконтроль. И уже простейшие атаки могут быть им упущены, задавленные неестественным желанием и необходимостью – разорвать цель.